2 часть  

Дорога в ад

Северус открыл глаза и прислушался.
Он только что погрузился в горячую ванну, позволяя воде смыть годовой слой невежества, привезенного из школы, отравляющего все в его подземельях. Он наконец-то выкинул из головы непрерывную болтовню, эхо бесчисленных обменов любезностью, которых он, как преподаватель Хогвартса, не мог избежать. Его чемоданы распакованы, учебники отложены в сторону – впервые за девять месяцев он по-настоящему расслабился.

И тут – звонок в дверь.

Глубокий баритон проник сквозь каменные стены поместья, сквозь французские двери личных покоев Снейпа и просочился под тяжелой дубовой дверью в ванную. Напряженно вслушиваясь, надеясь ничего больше не услышать, Северус оставался неподвижен. Только один человек знал, как добраться до поместья. И только один человек знал, как справиться с чарами, охраняющими угодья. Наконец, был только один человек, который знал, где именно искать этот чертов звонок.

Северус погрузился в воду так, чтобы только нос его был на поверхности. Глубоко вдохнув, позволил себе утонуть в тишине. Если бы только он мог оставаться здесь, если бы только он мог забыть, что звонок прозвонил, если бы только он мог игнорировать удары в двери его покоев...

Проклятье!

Это не стук робкого домового эльфа. Северус встал из воды и потянулся за полотенцем. Обертывая его вокруг талии, поднялся и, прошлепав по полу, вышел из ванной. В три шага пересек свою довольно большую спальню и …

Только один человек знал, где находятся его личные покои.

– Альбус!.. – прорычал он, распахивая дверь. И замер.

Четыре человека. Четыре пары ошеломленно глядящих глаз. Вернее, один ошеломленный взгляд, один пристальный, один свирепый. И хитрые, мерцающие огоньками глаза, которые он и ожидал увидеть. И все обращены к полотенцу, едва прикрывающему его стройные бедра.

Не говоря ни слова, Северус захлопнул дверь.

***

– Не думал, что сегодня вечером у меня соберется гриффиндорская вечеринка, – проговорил Северус, войдя в гостиную и обнаружив, что его нежданные, непрошеные гости вовсю пользуются гостеприимством домовых эльфов. Все чашки со стуком опустились на блюдца.

– Приношу свои извинения, Северус. У меня не было времени предупредить тебя.

– А с какой стати вы вообще сочли необходимым меня навестить?

Дамбльдор отвел глаза от взгляда профессора, пряча лицо в чашке.

– Северус, мне стало известно, что ты… некоторым образом, в опасности. Я беспокоился о тебе.

– О, конечно. И для того, чтобы защитить меня, вы привели с собой двух человек, которые когда-то пытались меня убить, и того, кто шагу ступить не может, не подвергнув свою жизнь опасности, – Северус снова отыскал взглядом глаза Дамбльдора, – Почему?!

– Когда я узнал новости, профессор Люпин все еще был у себя в комнатах. Я попросил Рема о помощи, а Сириус и Гарри как раз были у него в гостях и настояли на том, чтобы отправиться с нами.

Сириус фыркнул, и Снейп нахмурил брови

– Разумеется. Что же, могу заверить вас, что я в полном порядке. Так что, если вы меня извините, я предпочел бы, чтобы мой отпуск наконец-то начался.

Северус повернулся к выходу из гостиной, надеясь, что эти четверо поймут намек и оставят его в покое. Хотя… ему никогда не везло с тем, на что он надеялся.

– Северус, – оборотень внезапно заговорил, заставив Снейпа остановиться, – я знаю, что наше присутствие здесь, э-э-э, нервирует тебя.

Северус резко крутанулся на пятках и воззрился на коллегу. Рем беспомощно взглянул на Альбуса, по-прежнему внимательно изучающего чай в собственной чашке.

– Профессор Снейп, – самый младший из всей компании, милостью божьей уже бывший ученик, встрял в разговор. Он явно собрал всю храбрость, какая только у него была, чтобы суметь сказать хоть пару слов. Снейп грозно нахмурился и Гарри заметно съежился в кресле, – Мы останемся. Всего на несколько дней. Просто, чтобы убедиться, – Гарри вдруг заинтересовался узорами на мраморном полу, старательно не замечая нацеленного на него убийственного взгляда. Снейп сощурился и сжал челюсти.

– Та-ак, – пробормотал он с напускным спокойствием. Затем сделал глубокий вдох, – Может быть, кто-нибудь соблаговолит объяснить мне, почему вы на самом деле здесь? Защитные чары предупредили бы меня об опасности. Единственный, кто может их обмануть, уже здесь. Если только он не принес неприятности с собой … – быстрый взгляд в сторону Сириуса, явно не имеющего никаких других намерений, кроме как загрызть хозяина дома, – … не вижу причин волноваться за мою безопасность.

Никто не смотрел на него. Никто не посмел. Мужчины обменивались загадочными взглядами, неловко поеживаясь.

– Во имя всего… Да какого черта вы сюда явились?! Неужели ни до кого не доходит, что я сам могу о себе позаботиться?!

– Присядь, Северус, – наконец вздохнул Дамбльдор. Снейп остался стоять, скрестив руки на груди, всем своим видом давая понять, что ему в его доме не будут указывать, что делать.

– Ну, хорошо, – начал директор, – Северус, нет ли чего-то такого, о чем ты хотел бы нам поведать? Ты… хорошо себя чувствуешь?

Гнев на лице Снейпа сменился выражением абсолютного замешательства. Изогнув бровь, он снова окинул взглядом гостей, выжидательно смотревших на него.

– О чем вы, Альбус?

– Ой, да ладно вам, черт возьми! – наконец заговорил Сириус. – Короче, ты вел себя странно, понял? Не так, как обычно. Гарри, по-моему, считает, что ты собрался покончить с собой. Я, со своей стороны, считаю, что это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой…

– Сириус! – укоризненно прошипел Рем. Лицо Снейпа из ошеломленного стало яростным, он ничего не мог выговорить. Директор воспользовался возможностью объяснить признание Блэка.

– Мы все обеспокоены твоим здоровьем, Северус. С того времени, как закончилась война, ты выказывал все признаки депрессии. Тот…э-э-э… инцидент в твоей лаборатории только подтвердил наши подозрения. И потом, Гарри видел сон…

– Я – вы – он… – Северус заикался, глаза его слегка выкатились из орбит, рот открывался и закрывался в молчаливой гневной речи. Сделав глубокий вдох, он наконец-то сумел воспользоваться некоторой частью своего словарного запаса.

– Катитесь. На хрен. Отсюда.

И метнулся в свои покои, к тихому и спокойному уединению.

– Неплохо все прошло, – Дамбльдор улыбался. Остальные заворчали.

– Надо было придерживаться первоначального варианта, – сказал Рем, бросая осуждающий взгляд в сторону Сириуса. Тот и не собирался казаться напуганным. Гарри прочистил горло, будто хотел что-то сказать, но вместо этого тряхнул головой и встал, намереваясь идти вслед за своим бывшим учителем.

– Один ты туда не пойдешь, – заявил Сириус, тоже вставая с места, – Я этому мерзавцу не доверяю.

– Сириус, ты уже достаточно натворил. Я пойду, – пробормотал Рем.

– Нет, я пойду один. Раз уж он до сих пор меня не убил, значит, и дальше не тронет, – неуверенно проговорил Гарри, – Я же виноват, что мы все здесь.

Юноша вошел в лабиринт коридоров, по которому Дамбльдор провел их полчаса назад. Сердце его билось в такт шагам. Проплутав немного, он, наконец, остановился перед двойными дверями снейповой спальни и, задержав дыхание, постучал

***

– Возможно, мы ошибаемся, – пробормотал Рем, Северус всегда был замкнутым. И вполне возможно, что он действительно случайно выпил яд. Каждый совершает ошибки, – Рем с сомнением посмотрел на Дамбльдора, чье лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности.

– Надеюсь, что ты прав, Рем. Но я согласен с Гарри. Что-то происходит. Он не огрызается на Невилла Длиннопоппа с прошлых каникул. Он не выходит к ужину. И он подарил мисс Грейнджер очень редкое первое издание «Самых сильных зелий». Вот это, по-моему, самое настораживающее. Даже если забыть о гаррином сне. Северус никогда не был особо щедрым. Отдать то, что он ценит больше всего, к тому же гриффиндорке – отнюдь не добрый знак.

Сириус замер, ошеломленный.

– Он подарил… Гермионе?!

Дамбльдор кивнул.

– Подарок в честь окончания школы, так он сказал. Я даже не уверен, оправится ли она когда-нибудь от потрясения.

– Тогда это серьезно, – до Сириуса, наконец, дошло. Люпин кивнул.

– Перед прошлым полнолунием он, как всегда, принес мне зелье. И сказал: «Если наши отношения и были напряженными, то это вина Блэка, а не твоя». Вполне похоже на извинение, в снейповой манере. С тех пор он стал мягок со мной, – тихо добавил Рем, – да, мягче, как бы то ни было.

– Подбирает хвосты? Возможно, мы как раз вовремя, – мрачно согласился Дамбльдор.

***

– Какого черта тебе здесь надо? – Снейп распахнул двери и сердито уставился на Гарри. Тот сделал шаг назад и улыбнулся, извиняясь.

– Можно войти?

– А зачем? Забрать все острые предметы? Удостовериться, что я еще ничего с собой не сотворил? Всегда герой, да, мистер Поттер? Я был уверен, что вы перестали играть эту роль с тех пор, как столь отважно спасли мир!

Лицо Гарри приобрело разочарованное выражение, но он ничего не ответил. Раздраженно вздохнув, Снейп отошел в сторону от двери. Гарри быстренько проскользнул мимо профессора, пока тот не передумал. Оглядел комнату: большая кровать в центре у дальней стены, тяжелые зеленые занавеси опущены; большой открытый сундук, доверху набитый склянками и кувшинами с ингредиентами для зелий. Гарри настороженно взглянул на Снейпа. Тот сердито фыркнул, угадав мысли молодого человека, и насмешливо произнес:

– Я только что приехал домой, Поттер.

Гарри кивнул в ответ и продолжил осматривать комнату. При виде пустой чаши на чайном столике возле камина он остолбенел, и смог только выдавить из себя:

– Профессор!..

– Что?! О боги! – поняв, куда смотрит Гарри, Снейп закатил глаза. Затем пересек комнату, схватил чашу и сунул ее юноше под нос, прорычав:

– Ну?

Гарри принюхался.

– Пахнет, как мята.

– А скажите-ка мне, Поттер, вы когда-нибудь слышали о каком-нибудь яде с мятным запахом? Я знаю, что Зелья не были вашим любимым предметом, но даже вы должны понимать, что ни в одном из ядов мята как ингредиент не используется!

– Прекрасно, значит, ничего смертельного вы не выпили, – Гарри позволил невысказанному «пока еще» повиснуть в воздухе, – И все же, вы странно ведете себя, профессор. Как вы объясните то происшествие в подземельях? Когда я нашел вас… Я подумал, что…

– Это была просто неприятная случайность! – темные глаза Снейпа метали молнии.

– Да, конечно. Вы неправильно приготовили зелье. Неужели вы думаете, что кто-то в это поверит?

– Что ж, весьма польщен вашим доверием, мистер Поттер. Но так уж случается иногда, что я провожу исследования, а во время исследований ошибки вполне возможны. Может быть, в следующий раз вы согласитесь стать моим испытуемым?

Гарри на мгновение широко распахнул глаза, а затем все так же недоверчиво уставился на профессора.

– Это все еще ничего не объясняет. Даже я знаю, что яд мантикоры смертелен.

Заскрежетав зубами, Снейп взорвался:

– Полагаю, что я знаю в три раза больше обо всем этом. И я не собираюсь оправдываться и доказывать, что я действительно веду научную работу! Вас сюда не звали! И если бы я собирался покончить с собой, будь уверен, ты не смог бы меня остановить! В этом сундуке больше сотни таких ядов, что убьют меня прежде, чем ты успеешь сказать «Слизерин». Если только вы не привяжете меня к кровати, установив круглосуточное наблюдение – а вы не сделаете этого! – вы не сможете помешать мне делать то, что, к черту, я захочу!!! Ясно вам?!

Гарри постарался выкинуть из головы образ привязанного к кровати Снейпа и вздохнул:

– Да. Конечно.

Затем подошел к сундуку, закрыл крышку и, взглянув через плечо на профессора, прошептал сложное запирающее заклятье. Разумеется, Снейп, в конце концов, взломает его, но, по крайней мере, это займет у него какое-то время и обязательно привлечет внимание невольных его надсмотрщиков.

– Так я посижу здесь немного? – нервно посматривая на Снейпа, Гарри пересек комнату и решительно сел в черное кожаное кресло. Игнорируя крайне удивленный взгляд Северуса, юноша сбросил кроссовки, подогнул под себя ноги и уставился на пламя в камине.

***

– Думаете, стоит пойти взглянуть на них? – задумчиво поинтересовался Рем через некоторое время после ухода Гарри. Сириус уже пятнадцать минут мерял шагами гостиную, а Дамбльдор развлекался, напевая под нос «Оду радости». Оставшись в гостиной с этими двумя, Рем уже начал сомневаться в том, так ли плоха идея самоубийства, –Посидите пока здесь, а я проверю.

Сириус, направившийся было в коридор, остановился и уныло посмотрел на Рема. Тот покачал головой и сказал:

– Почему бы тебе не найти домового эльфа и попросить приготовить несколько комнат? – и пока Сириус не начал спорить выскользнул из комнаты.

– Дьявол! Невероятно! – выругался Сириус, глядя, как уходит Рем. – Мой крестник и мой любовник здесь, с этим… И я должен просто сидеть и ждать? Я пришел сюда только для того, чтобы защитить их!

Сириус снова заметался по комнате. Дамбльдор прекратил петь и проследил за ним глазами.

– Хотел бы напомнить тебе, Сириус, что Северус никогда не пытался причинить вред кому-то из них двоих. Напротив, он спасал Гарри гораздо чаще, чем кто-либо другой. И это он приготовил очень сложное зелье, которое помогает Рему. Он не агрессивен, Сириус, он уничтожает сам себя.

Сириус остановился и все так же упрямо посмотрел на директора.

– Так давайте позволим ему сделать это! Он не хочет, чтобы мы ему помогли! – лицо Дамбльдора застыло. И упрямство Сириуса улетучилось. – Так я пойду, найду эльфа? – Тихонько хихикая, он ушел, оставив директора одного.

***

Северус услышал стук в дверь. Услышал, как Гарри идет к двери и открывает ее. Он еще ниже погрузился в воду и, задержав дыхание, полностью скрылся под ее поверхностью, подумав «Вода уже остывает». Послышались приглушенные голоса, они становились все громче, громче… Северус открыл глаза, сквозь воду увидел два колеблющихся лица и резко сел.

– О боги, вы и в ванной не оставите меня в покое? – Он попытался хоть как-то прикрыться. Гарри залился краской и отвел глаза. Рем этого не сделал, но все же потрудился выглядеть неловко.

– Гарри сказал, что ты уже довольно долго здесь.

– Я НЕ ПЫТАЛСЯ УБИТЬ СЕБЯ! – отчаянно взвыл Северус. Его гнев мог бы привести в ужас кого угодно… если бы он не был голым и мокрым. Не помог даже яростный всплеск в качестве точки в конце предложения.

– Ты с головой ушел под воду, Северус. Знаешь, на что это похоже?

Северус открыл было рот, чтобы объяснить, что еще мальчишкой он проверял, как долго он сможет остаться под водой, задержав дыхание. Он мог бы объяснить, что он часто так делал – это его успокаивало. Однако, подумав, решил, что не стоит, зловеще сверкнул глазами и прорычал:

– Будьте так любезны, оставьте меня и дайте мне одеться! – затем понял, увидев две пары подозрительно следящих за ним глаз, что желание его не исполнится. – Полотенце. Отвернитесь.

Рем смущенно улыбнулся и протянул белое махровое полотенце. Гарри же засмотрелся на мужчину в ванной и смог отвернуться, только когда Рем легонько подтолкнул его. Северус встал, обернув полотенце вокруг талии, и вышел из ванной, грубо оттолкнув от двери своих стражников. И Рем, и Гарри уставились ему вслед, восхищенно глядя на изысканную красоту мускулов и молочно белую кожу.

– Рем, под насмешками и одеждой Снейпа скрывался мужчина…

Рем тихо засмеялся.

– Хотел бы я сказать, что только сейчас это понял!

– Так он…

– Угу-у-у, – промурлыкал Рем, прежде чем вернуться к реальности и посмотреть на Гарри, – Сириус убьет вас обоих, – предупредил он, – И меня заодно.

Гарри ухмыльнулся и жеманно сказал

– Но мы же здесь как раз для того, чтобы он почувствовал себя лучше.

Рем приподнял бровь и улыбнулся. Оба повернулись к двери. Снейп уже надел длинный черный халат.

– Надо поговорить, – проворчал Северус.

Рем с Гарри одновременно вздохнули и вышли, наконец, из ванной.

***

Снейп подозвал к себе еще два кресла, бутылку красного вина и два бокала. Затем посмотрел на Гарри, вздохнул и призвал еще один.

– Так, – начал профессор после того, как вино было разлито, – я хотел бы узнать все факты, на основании которых вы пришли к выводу о моем предполагаемом самоубийстве. Поттер, с каких это пор ты способен провидеть то, что касается не только Вольдеморта?

Гарри внезапно занервничал. Два с половиной года с момента возрождения Вольдеморта он и Снейп работали вместе, но они никогда по-настоящему не разговаривали. Их беседы состояли, в основном, из снейповых приказов, инструкций о применении того или иного заклятия или обвинений в тупоумии. А теперь он сидит здесь, уютно устроившись у теплого камина, с бокалом вина в руке, и ему предстоит «взрослый» разговор с грозным мастером Зельеделия.

Не говоря уже о том, что разговор будет не из легких. Как мог Гарри объяснить то, что он грезил об этом мужчине? Что наблюдал за ним, замечая все происходившие с тем изменения, еще с того самого Хэллоуина? Как прикажете признаться в том, что он волновался за Снейпа, и не выглядеть при этом законченным мерзавцем?

– Ну? – Настойчиво повторил Снейп, потягивая вино.

– Ну, – неуверенно начал Гарри, – на прошлой неделе мне приснилось, что я пришел в класс Зельеделия и нашел вас лежащим на полу, и какая-то чашка рядом… – мальчик упорно продолжал смотреть на ноги профессора в удобных черных бархатных тапочках. Набрав побольше воздуха, он продолжил, – А потом в понедельник, когда я собирался просто поговорить с вами, я пришел к вам и нашел вас. Я решил, что вы мертвы.

Снейп раздраженно махнул рукой.

– Думаю, мы уже выяснили это. Это был несчастный случай. Если это и есть тот сон, о котором говорил Дамбльдор, то он абсолютно ничего не значит.

– Я видел еще один. Прошлой ночью, – Снейп посмотрел на мальчика, закрыл рот и сверкнул глазами, – Только на этот раз это был не Хогвартс. Вы стояли на коленях, и кашляли кровью… где-то. Может быть, здесь. Не знаю. Вы сказали: «Прости, Гарри». А потом вы… в общем…

– Вот видишь! Разве я когда-нибудь называл тебя «Гарри»? Нет!

Рем, рассмеялся, чем удивил обоих спорщиков. Затем попытался успокоиться и извинился.

– Да не в этом дело! А в том, что мне совсем не понравилось смотреть, как вы кашляете кровью. Мне не нравятся сны о вашей смерти. Я хочу знать, что с вами такое происходит! – голос Гарри эхом отразился от стен комнаты. Снейп потер челюсть и тяжело уставился на юношу.

– Северус, – мягко начал Рем, разрывая контакт двух убийственно сверкавших пар глаз, – не один Гарри беспокоиться о тебе. Мы все замечали, что твое поведение довольно сильно… изменилось после падения Темного Лорда. Ты почти не спишь. Я часто замечал, как по ночам ты покидаешь свои покои и бродишь по коридорам…

– Люпин, я вел себя подобным образом еще с тех пор, как был школьником. Или ты не помнишь? И если уж ты заговорил об этом, ты тоже не спишь ночами. Но разве я вламываюсь к тебе домой без приглашения, разве пытаюсь вторгнуться в твою жизнь?

– Вы почти не едите. И вы заметно похудели, – выдал Гарри, и затем поблагодарил легкий полумрак комнаты, который помог скрыть румянец на его щеках. «Судя по тому, как выгнулись брови Снейпа», – подумал юноша, – «лучше было бы не упоминать, что у него есть тело и я это замечаю». Он отвел взгляд и тщетно попытался отмахнуться от мысли о том, что тело профессора кажется ему совершенством.

– Не думаю, что это вас касается, – Снейп презрительно усмехнулся, – но в последние месяцы мне пришлось отказаться от своих привычек в еде…

Северус был прерван звуком резко распахнувшихся дверей. Взбешенный Сириус влетел в спальню… и остановился как вкопанный, увидев, что трое мужчин вполне мирно сидят у камина и крайне удивленно смотрят на него. Глаза Блэка блеснули, и смущенная улыбка наползла на губы.

– Я… э-э-э…

– Ах, сам Принц Чарующий явился спасать своего ненаглядного оборотня от зло-ого мастера Зельеделия! – глумливо протянул Северус. Блэк впился в него лютым взглядом. Рем уронил голову на руки и вздохнул. Гарри отвернулся от Сириуса, чтобы спрятать улыбку. Потом его глаза встретились с глазами Снейпа, и улыбка исчезла.

– Пошел ты, Снейп. Я пришел потому, что… Дамбльдор уехал на ночь. А Сэнди, домовый эльф, сказала, что наши комнаты уже готовы.

– Ваши. Комнаты. О-о-о… – разочарование Северуса вырвалось низким горловым рыком, – Хотя бы кому-нибудь из вас важно, что Мне-Вы-Здесь-Не-Нужны? И что значит, Дамбльдор уехал на ночь? И почему – во имя Мерлина! – вы не убрались отсюда с ним?

– Я останусь, – быстро проговорил Гарри. Он проигнорировал пытливый взгляд Рема, равно как и то, что свирепый взгляд Снейпа, казалось, пытался убить его. – Мы …э-э-э… не должны оставлять его одного.

Сириус ошарашенно посмотрел на крестника, затем на Рема, открыл было рот, чтобы запротестовать, но Рем неожиданно встал и прервал его.

– Хорошая идея, Гарри. Пойдем, Сириус, с ним все будет в порядке. Пойдем спать.

– Боги милосердные… – пробормотал Снейп сквозь крепко сжатые зубы, зажмурился и дождался, пока двое взрослых не уйдут. Когда двери захлопнулись, он встал, весьма грозно и внушительно возвышаясь над Гарри.

***

– Почему?

Одно слово, в лоб заданный вопрос.

– Почему я решил остаться?

Снейп ничего не ответил, он смотрел на Гарри и ждал.

– Я…э-э-э… Боже, не могу я говорить с вами, когда вы смотрите на меня так, как сейчас! – Гарри поднялся с кресла, но это оказалось только бОльшим безрассудством. Мужчина был на добрых полфута выше, и то, что он был так близко, совсем не способствовало плавному течению мыслей. Снейп милостиво отступил на шаг назад.

– Знаете, Дамбльдор однажды сказал мне, что если один волшебник спасет другому жизнь, между ними возникают особые узы. Вы спасали мне жизнь несчетное количество раз. Кажется, пришло время вернуть долги.

–Трогательно, Поттер, весьма трогательно. Вернее, было бы трогательно, если бы я и моя жизнь действительно подвергались опасности. Но это не так, – Снейп снова сел, Гарри последовал его примеру. Они уставились в огонь в камине, тишина надолго заполнила пространство между ними. Наконец Гарри заговорил.

– Сэр, эти сны меня… беспокоили. Я не мог просто взять и забыть о них. И если бы я…

– Ну что же. Долг оплачен. Иди. Возвращайся домой.

Гарри промычал что-то под нос разочарованно.

– А вы ушли бы? Если бы вам снились такие сны, как мне, если бы вы хотя бы минуту думали, что я могу покончить с собой, вы оставили бы меня одного? – Снейп задержал взгляд на молодом человеке, крепко сжав губы, – Вот почему я здесь. Вы сделали бы то же самое для меня.

– Что мне сделать, чтобы убедить вас, что я не на грани саморазрушения? Сколько еще времени вы будете ошиваться в моем поместье?

Гарри склонил голову и пожал плечами.

– Столько, сколько понадобится. Пока я не буду уверен, что с вами все в порядке.

– Это мой дом. Я могу вышвырнуть тебя отсюда.

– Можете. Но я буду сопротивляться, – Гарри расправил плечи и постарался выглядеть как можно более решительно. Если честно, то он не был уверен, что его сон – это точное предсказание будущего. И все меньше и меньше казалось, что Снейп действительно опасен для самого себя. И еще – Гарри начинал задумываться, где же он сам будет спать этой ночью.

Снейп абсолютно невесело рассмеялся и встал.

– Делай, что хочешь Поттер. Если тебе не жаль своего времени.

Профессор прошел к сундуку в изголовье кровати. Гарри смотрел, как мужчина взмахнул рукой и крышка откинулась. Челюсть мальчика чуть ли не со стуком отпала. Снейп наклонился, достал пузырек с молочно белой жидкостью, открыл и одним глотком выпил зелье.

Гарри был слишком ошеломлен, чтобы хоть как-то отреагировать.

***

– Не нужно было оставлять их одних, – сказал Сириус, когда они добрались до гостевой спальни.

– С ним все будет в порядке, – вздохнул Рем, приблизившись к любовнику и взглянув тому в лицо. Сириус проворчал что-то и потянулся за поцелуем. Потом резко оторвался от Люпина.

– Что это за взгляд ты адресовал Гарри?

– Взгляд?

Сириус прищурился.

– Именно, взгляд. Когда он предложил остаться. Ты посмотрел на него, – Сириус внимательно изучал лицо Люпина. Тот отвернулся и обошел вокруг кровати.

– Не было ничего такого. Честно, Сириус. Что на тебя нашло? Ты просто параноиком стал, – Рем улыбнулся, глядя в недоверчивые глаза друга, – Кстати, – мурлыканье, – столько времени прошло, с тех пор, как мы были вместе. Я то думал, ты проявишь… больше энтузиазма, – слегка приподнятая бровь, и лицо Сириуса смягчилось, на губах заиграла лукавая улыбка.

– А знаешь, – подходя все ближе, и ближе… – когда я искал Сэнди, я наткнулся на парочку таких мест в этом доме… Там есть кое-что интересное, ты должен это увидеть.

Глаза Рема сверкнули.

– Сириус, что ты затеял?

– Увидишь!

***

– Надеюсь, что в Квиддич ты играешь лучше, чем в героя, Поттер, – сказал Снейп, отняв пузырек от губ, – Иначе сборная Англии будет оч-чень разочарована! – он посмотрел на изумленного юношу и рассмеялся. Гарри стиснул зубы, глаза его зажглись сердитым огнем.

– Что это было? – требовательно спросил он, пройдя по комнате и выхватив пузырек из руки Снейпа. Понюхал. Мята. Слизнул капельку с горлышка бутылочки, глядя на профессора. Тот внезапно резко отвел взгляд. – Что это? – повторил Гарри, уже с любопытством.

– Зелье. У меня… небольшие проблемы с желудком. Что, кстати, объясняет отсутствие у меня аппетита.

– О, – несколько разочарованно произнес Гарри. Сомнение снова одолело его, и он задумался. Что, если все это просто ошибка? Инстинкт самосохранения вышиб эту вполне разумную мысль из его головы, – Вы в порядке?

– Угу, – был ответ Снейпа. Он закрыл сундук и самодовольно ухмыльнулся юноше. Тот хотел было спросить, как же крышка открылась так быстро, но потом решил, что не стоит: ответ, скорее всего, был бы не из приятных. – Спокойной ночи, Поттер, – очень спокойно сказал Северус и развязал пояс своего халата.

Гарри почувствовал, как резко у него перехватило дыхание при виде черного атласа, скользнувшего по фарфоровой коже и открывшего, что профессор предпочитает спать в одних трусах. Юноша облизал губы. Какая-то часть его пыталась заставить глаза смотреть на что-нибудь другое. Не получалось. Глаза хищно следили за движениями крепкого тела, когда Снейп вешал халат на один из столбиков кровати. Взгляд скользнул по гибкой фигуре, затем лениво переместился выше и… Снейп удовлетворенно улыбался. Откуда-то из глубины гарриного разума пришла команда закрыть рот.

С огромным усилием юноша вспомнил о том, что у него есть голос.

– Я просто… Ладно. Спокойной ночи, профессор, – Гарри быстренько вернулся в свое кресло у камина и решил, спрятав лицо в ладонях, задуматься о том, какой же он все-таки идиот.

***

– Гарри, – нежный голос промурлыкал мальчику в ухо, и один зеленый глаз приоткрылся. Гарри обнаружил, что сидит на полу, опустив голову на черное кожаное кресло. Со стоном он потянулся и выпрямился. Рем улыбнулся. Потом, внезапно осознав, где же он находится, Гарри обвел взглядом комнату.

– Где он? Черт. Я заснул. Он…

– В порядке. Завтракает с Сириусом.

– Что? Мы же все-таки пытаемся сохранить ему жизнь, Рем! – Гарри вскочил и расправил робу, оглядываясь в поисках очков.

– Не волнуйся, они даже не разговаривают. Я подумал, что стоит тебя предупредить, – Рем попытался пригладить рукой гаррины волосы. – На твоем месте я бы постарался не смотреть на Северуса слишком часто сегодня. По крайней мере, не в присутствии твоего крестного. Он подозревает, что ты… В общем, было бы прекрасно, если бы Сириус не догадался, что ты видишь в Снейпе мужчину.

Гарри озадаченно улыбнулся.

– А почему он должен подозревать это?

Рем опустил глаза.

– Кажется, он считает, что мы с тобой обменялись особыми взглядами. Что я преднамеренно посмотрел на тебя, когда ты сказал, что остаешься с Северусом. Я всю ночь пытался убедить его в обратном. Не получилось. Так что он весьма недоволен тем, что у его крестника есть какие-то «намерения относительно этого мерзавца». Так что постарайся направить свои прекрасные глаза на что-нибудь другое, хорошо?

Гарри зевнул.

– С легкостью. Не знаю только, смогу ли вообще держать их открытыми. Не знаю, когда я заснул, но птицы уже точно пели.

Люпин и Гарри вышли из спальни и пошли в обеденную залу.

– Рем, а что, если мы ошиблись? И Снейп не… ну понимаешь?

– Не гей?

– Не самоубийца!

– О. Даже и думать об этом не хочу, – вздохнул оборотень.

***

– Хорошо спал? – спросил Сириус, внимательно изучая лицо Снейпа. Тот приподнял бровь и взглянув через длинный дубовый стол, коротко ответил:

– Вполне.

Пристальный взгляд Сириуса был встречен спокойно, и тот подозрительно нахмурился.

– Гарри… не мешал тебе?

Снейп усмехнулся. На вопрос можно было ответить несколькими способами. Один из них гарантировал немедленную смерть.

– Нет, не очень, – начал он небрежно, – Его присутствие оказалось весьма… успокаивающим, – последнее слово он подчеркнул притворно застенчивой улыбкой, затем сделал глоток чая, наблюдая, как другой мужчина пытается отыскать скрытый смысл в его словах. Лицо Сириуса вспыхнуло пока сдерживаемым гневом.

– Хотя, должен признать, – продолжил Снейп, ставя чашку на блюдечко, – сначала было как-то неловко. Обычно я, – преднамеренная пауза, – не развлекаю своих бывших студентов.

– А вот и мы! – жизнерадостно заявил Люпин, появляясь в дверях.

– Порядок, Гарри? – сердито проворчал Сириус. Гарри кивнул, сел за стол, старательно не глядя ни на Снейпа, ни на крестного, и налил себе чаю.

– Как это, Поттер, ты должен быть очень утомленным. Провести всю ночь перекинутым через кресло…

Гарри раскрыл рот и отчаянно взглянул на Рема; тот побледнел и метнул взгляд в сторону Сириуса. Вилка со звоном упала на фарфоровую тарелку. Отброшенный от стола стул с грохотом прокатился по каменному полу.

– Ублюдок, мать твою! Я убью тебя!

Еще два стула упали на пол.

– Сириус, успокойся, – Рем, быстро придвигаясь ближе к любовнику.

– Он вовсе не это имел в виду! – Гарри, взглядом настойчиво прося у Снейпа подтверждения. А тот притворился, что не замечает назревающей ссоры, и спокойно пил чай, сидя на безопасном расстоянии от Блэка.

***

Рем увел Сириуса из залы, Гарри и Снейп остались одни.

– Для того, кто отрицает собственные суицидальные намерения, вы слишком настойчиво стремитесь к тому, чтобы вас убили, – пробормотал Гарри.

– Твой крестный – маньяк-человеконенавистник, – резко возразил Снейп, – Для того, кто собрался спасать мою жизнь, ты выбрал слишком неподходящих помощников.

– Простите, – вздохнул юноша. Снейп поднял удивленные глаза от тарелки с тостами. – Как только Дамбльдор вернется, мы уйдем отсюда.

– Так значит, вы наконец-то решили поверить моим словам. Что же тогда с твоим…э-э-э… видением?

Гарри нахмурился, затем пожал плечами. Эти сны все еще беспокоили его. Он внимательно посмотрел на своего бывшего учителя.

– Наверное, это был всего лишь сон.

Гарри встал, намереваясь найти Рема и Сириуса. Дойдя до двери, он обернулся.

– Профессор, я не знаю, почему мне снились эти сны. Но я хотел бы, чтобы вы знали. Если вы… Если я оставлю вас, и вы… – Гарри вдохнул побольше воздуха, – Почему вы подарили Гермионе эту книгу?

Снейп слегка наморщил лоб, вспоминая, потом рассмеялся.

– Я приобрел подписанное автором первое издание, мне не нужны были все остальные. Мисс Грейнджер была лучшей ученицей в вашем классе, и, кажется, она обладает огромной тягой к книгам. Я знал, что она оценит и эту, так же, как и я сам. Если бы я знал, как мой жест будет истолкован, никогда бы этого не сделал.

Гарри кивнул и вышел из залы.

***

Северус провел целый день в восхитительном одиночестве в прохладе своих личных покоев. Это было как раз то, что доктор прописал. Причем в буквальном смысле. Когда давно успокоившаяся язва желудка снова начала причинять ему боль после окончания войны, доктор настоял, чтобы Северус занялся чем-нибудь успокаивающим. Собственно, приготовление зелий всегда успокаивало профессора лучше всего.

Он научился контролировать гнев, и ему даже удавалось не взрываться всякий раз, когда Лонгботтом демонстрировал свое неумение. Убедившись в том, что постоянное негодование по поводу присутствия рядом Люпина ни к чему хорошему не приводит, он сумел наладить вполне спокойные рабочие отношения с ним. Присутствие Блэка, рядом, в течение двадцати четырех часов, вывело его из себя. Но теперь, в своих подземельях, он сумел сосредоточиться и выкинуть все это из головы.

Прибрав лабораторию, он поднялся по лестнице и вернулся в спальню. На двери кто-то оставил записку.

«Мы уехали. После сегодняшнего утра, думаю, это лучший выход. Дамбльдор сказал, что наведается через несколько дней. Удачи. Рем. P.S. Не занимайся глупостями.»

Судя по почерку, постскриптум написал Блэк. Северус рассеянно поразмышлял, с какой это стати Блэка волнует, сделает он какую-нибудь глупость или нет, и что имел в виду Люпин, пожелав удачи. Потом решил не думать об этом больше, так как его желудок снова начал болеть. Снейп приготовился ко сну.

Ах! Какое это наслаждение – хрустящие прохладные простыни на обнаженной коже! Во время учебного года Северус не позволял себе такого удовольствия. Но здесь, дома, он сдался на милость своих гедонических пристрастий, вытянулся на кровати, наслаждаясь прикосновением гладких простынь к телу, вздохнул удовлетворенно и повернулся.

Сначала он не обратил внимания на что-то теплое рядом с собой. Когда это что-то сонно вздохнуло, Северус напрягся. Это явно не скрип кроватных пружин. Чье-то тело пододвинулось ближе, и через секунду Снейп, наконец, отреагировал. Все его тело отреагировало, и крайне противоречиво, надо сказать. Он сел и настороженно прошептал:

– Поттер?

– М-м-м? – ответил молодой человек. И затем:

– Что? Ох. Простите, профессор, я… – Гарри тоже сел на кровати.

– Что ты здесь делаешь? – Снейп чувствовал, как внутри снова закипает ярость.

– Гм. Слегка задремал, кажется, – Гарри попытался перелезть через профессора, чтобы слезть с кровати, но не рассчитал движений и довольно сильно ударил Снейпа в голову, Проклиная все на свете, тот упал на подушки. Собираясь сказать Гарри, чтобы тот выбирался с другой стороны, он внезапно почувствовал, как слепо шарящая в темноте рука на мгновение задержалась на его члене, как бы пытаясь понять, на что же наткнулась.

– Черт.

Руку быстро отдернули. Северус глубоко вдохнул. Интересно, то, что происходит, подходит под категорию делания глупостей?

– Почему ты все еще у меня дома? Разве ты не уехал с Люпином и Блэком? – Снейп поплотнее завернулся в одеяла. Язва снова начала терзать его.

– Они… Когда?

– Так ты не говорил с ними? – Удачи, сказал Люпин. Слегка задремал. Дамбльдор…через несколько дней. – Проклятье! – прошипел Снейп.

– Я искал их. Не смог найти. Потом решил, что… ну, я не знал, какую комнату могу занять. Я… Простите, – Гарри откинулся на подушки. Он знал, что ему нужно убираться из этой постели, но ему нужно было подождать… несколько секунд, чтобы… нормально двигаться. Он старался заглушить голос в его голове, повторяющий «голый Снейп, голый Снейп», и забыть соответствующий образ. Он до сих пор ощущал прикосновение к снейпову члену. Слова «Немедленно трахни меня!» чуть было не сорвались с кончика языка, когда Гарри снова открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь.

– Я могу завтра же провести тебя через охранные заклинания. Или можешь подождать, пока Дамбльдор не вернется, – процедил Северус сквозь сжатые зубы. Прежде, чем он смог сказать что-то еще, горло внезапно резко сжалось и желудок свело судорогой. Он скатился с простыней и упал на пол, закашлявшись. Гарри сполз с постели.

– Профессор? – юноша сделал пару шагов вокруг спинки кровати и наклонился ближе. Свет отливающего синевой пламени озарил бледную кожу. Это наполнило разум Гарри ужасом воспоминания. Он упал на колени рядом с мужчиной и перевернул его на спину. Снейпа стошнило, и он снова закашлялся. Гарри метнулся к лампе, включил свет.

Кровь! Немного, но она была. Здесь. Вне всяких сомнений. Гарри запаниковал, в горле саднило от гнева и чувства, что его предали.

– Боже мой! Что же к черту ты наделал? Что ты такое выпил?

Снейп покачал головой и застонал, когда желудок снова скрутило. Теперь он понял. Хотелось засмеяться, но получился только кашель. И снова кровь. Он еле выдавил из горла слово «зелье».

– Ублюдок! А я тебе поверил! – голос Гарри дрожал от ярости и беспомощности, но рука его успокаивающе поглаживала Снейпу спину. Другой мальчик поддерживал голову профессора.

– Нет, – выдох, – мне нужно зелье, – снова рвотный позыв, но мышцы желудка уже расслабились. Скоро все кончится, – Дай мне… чертово мятное зелье… Прости. Быстрее.

Вот оно. Не назвал меня по имени, дошло до юноши.

Он встал, откинул крышку сундука, раскидал разнообразные ингредиенты и нашел бутылочку. Вытащил крышку и понюхал – на всякий случай. Затем посмотрел на обнаженного мужчину, скорчившегося на полу. Глаза Снейпа были закрыты, он тяжело дышал. Гарри приподнял профессору голову, вливая зелье ему в рот.

Оба вздохнули с облегчением.

***

Гарри устроил голову Снейпа у себя на коленях и гладил густые волосы. Через некоторое время темные глаза распахнулись и уставились на него. Гарри стер следы крови и рвоты со щеки Северуса и робко улыбнулся.

– Ты забыл рассказать о том, что в твоем видении я был голый, – произнес хриплый голос. Гарри покраснел, осознавая, что так это и было. Он совсем забыл.

– Я… Ну, это же не было так важно, не так ли? – юноша запнулся. Он никому не говорил, что в его сне Снейп был обнажен. Это как-то уменьшало вероятность того, что сон окажется реальностью. Даже для него. Но теперь, когда ясно, что это так…

Нет. Он не будет думать об этом. Его ошеломило то, что он, кажется, начал возбуждаться. Каким же извращенцем нужно быть, чтобы чувствовать возбуждение, сидя у лужи блевотины? И вообще, пора уже как-то подвинуться, иначе Снейп весьма точно определит природу его извращенности. К счастью, мужчина поднял голову и сел.

– Фу-у-у… – недовольно протянул он при виде грязи. Затем встал, явно не заботясь о скромности. Гарри широко раскрыл глаза и постарался смотреть на пол. Северус улыбнулся. Пройдя через комнату и взяв с прикроватного столика палочку, одним взмахом руки очистил пол. Гарри остался сидеть на полу, со страдальческим выражением на лице.

– Все в порядке? – спросил Снейп. Мальчик кивнул. Северус исчез в ванной.

Через мгновение Гарри смог подняться, проклиная себя за нелепость. Он семь лет подряд жил в одной комнате с другими парнями. Он видел больше пенисов, чем мог вспомнить. Если Снейп не стесняется своей наготы, то и Гарри не стоит смущаться.

Но это же был Снейп. Профессор Снейп. Профессор Северус Снейп, так же известный как проклятие всего Хогвартса. И Рон, Дин, Симус и Невилл – они никогда так на него не действовали. Гарри сел на край кровати и спрятал лицо в ладонях, стараясь не думать, что они со Снейпом одни в это доме. Что он больше не ученик Снейпа, и вообще, ничто не мешает им заняться сексом и продолжать это до возвращения Дамбльдора. Но больше всего Гарри интересовало, был ли у него хотя бы один шанс. Звук шагов вывел его из состояния задумчивости. Юноша посмотрел вверх на Голого Снейпа (господи, надо прекращать так называть его!) и встал, не позволяя себе опустить взгляд ниже.

– Т-теперь вы в порядке? – черт бы побрал этот голос семнадцатилетнего мальчишки.

Снейп кивнул.

– Я забыл принять зелье. И нельзя было позволять себе тот стакан виски.

Мужчина прошел мимо Гарри и скользнул в постель, под простыни. Усмирив дрожь от прикосновения, Гарри повернулся.

– Это часто случается?

– Если не принять зелье и оказаться в стрессовом состоянии, – Северус глубоко вздохнул и закрыл глаза.

– Значит, это я виноват. В смысле, мы только ухудшили ситуацию.

– У тебя были хорошие намерения.

Гарри хмыкнул.

– Чувствую себя мерзавцем. Простите. И за то, что назвал вас ублюдком.

К его удивлению, Снейп засмеялся.

– Ты очень трогательно себя вел. Я почти поверил, что ты тревожишься обо мне, – Северус приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть, какое впечатление произведет его ответ, затем снова зажмурился, с удовольствием отметив, что юноша был возмущен.

– Было бы это не так, я сюда не пришел бы, – тихо сказал Гарри. Когда Снейп ухмыльнулся, Гарри добавил:

– Идиот.

– Дерзость, Поттер. Следи за своим языком.

Потом Гарри никак не мог понять, откуда взялась его храбрость. А тогда… словно волна бесстрашия нахлынула на него и толкнула к кровати. Он протянул руку и убрал прядку волос с лица Северуса. Тот слегка вздрогнул и распахнул глаза.

– Ты больше не мой учитель, – напомнил юноша, все еще контролируя голос, хотя покрасневшие щеки выдали его напряжение, – И меня гораздо больше интересует твой язык.

– Совсем спятил? – выпалил Снейп, голос его прерывался, как у подростка. До него внезапно дошло, что ничего, кроме тонких простыней, не прикрывает его наготу. Поддразнивать одолеваемого гормонами тинэйджера очень забавно. А каково теперь тебе самому? Нет, он просто шокирован, мальчишка ему нисколько не интересен…и сердце заколотилось быстро-быстро.

– Наверное, – прошептал Гарри, наклоняясь все ниже. Северус открыл рот, собираясь что-то сказать, но Гарри опередил его, языком ворвавшись меж приоткрывшихся губ мужчины. Слова обернулись стоном. Гарри решил, что это можно истолковать как одобрение, тоже застонал. И Северус ответил на поцелуй.

Гарри вскарабкался на кровать и обнял Снейпа, сквозь тонкую ткань чувствуя его эрекцию. Сильные руки притянули юношу ближе, поцелуй стал глубже, страстнее. Гарри не знал, чего ему хотелось больше – самому пожрать другого без остатка, или сдаться, чтобы эти нежные и настойчивые губы выпили его до дна. Оба они сражались за власть друг над другом. Наконец поцелуй прервался. Гарри облизал прикушенную губу и пристально взглянул в темные глаза.

– Профессор…

Тот проворчал недовольно:

– Хватит уже так меня называть!..

Гарри улыбнулся.

– Ладно,.. э-э-э… – в голове вертелось «Голый Снейп», но звучало это как-то неподходяще. – А, какая разница… – вздох, и снова поцелуй. Теперь уже медленно, нежно впиваясь в губы зубами и, словно извиняясь, лаская языком.

Потом те же дразнящие поцелуи на длинной бледной шее. Снейп вздрагивал каждый раз, когда Гарри сжимал зубами его мягкую кожу, сущее наслаждение было – чувствовать это. Чередуя нежные и агрессивные укусы, юноша добрался до мочки снейпова уха, прикусил слегка и прошептал:

– Желудок в порядке?

Ответом был стон:

– Угу-у… – Гарри как раз дразняще лизнул Снейпа в ухо.

Северус проигрывал битву с собственным телом. Поттер – его ученик, пусть и бывший… Множество ощущений, нахлынувших на него, заглушило голос разума. Вместо того чтобы прекратить все это недоразумение, он задумался, где же Поттер научился вытворять такие вещи своим ртом. Явно не вся его юность прошла в борьбе с Вольдемортом. Теплые губы обхватили сосок и все четкие, логичные мысли исчезли. Руки, слишком юные, чтобы быть такими искусными, вырисовывали узоры на теле Снейпа. Водоворот наслаждения грозил затянуть его с головой, и Северус потянулся, чтобы стащить с Поттера рубашку.

Гарри же встал на колени и начал расстегивать брюки. Еще больше потемневшие глаза жадно вбирали в себя каждое его движение. Гарри смирил неистовство и заставил руки двигаться медленно, наблюдая, как в этих глазах вспыхивает желание. Снейп. Впервые в жизни Гарри хотел, чтобы этот взгляд остановился на нем, изучал его, пристально. Потом понял, что снимать брюки, стоя на коленях, очень неудобно, расправился с ними поскорее и забрался под простыни. Наградив (Голого!) Снейпа требовательным поцелуем, скользнул ниже…

Когда гаррин язык скользил внутрь снейпова пупка, Северус еще мог найти в себе силы сопротивляться. Когда этот язык пробежался вниз вдоль линии редких черных волос, Северус осознал, дрожа, что это такое – абсолютная беспомощность. Гарри кончиком языка дразняще коснулся головки снейпова члена, затем всосался в напряженную плоть, ниже и ниже опуская голову. Северус широко распахнул глаза, и юноша улыбнулся внутренне, смотря на мужчину неясным, затуманенным взглядом. Ладонью Гарри принялся ласково перебирать яички Снейпа, ускорив движения языком. Северус выдохнул что-то невразумительное, член его напрягся, и Гарри расслабил мышцы гортани, а затем резко сглотнул.

Северус чувствовал, что дольше не продержится, и хотел предупредить Гарри, но теплый влажный рот лишил его остатков разума, нахальный язычок довел до пика, и Северус кончил, громко вскрикнув. Гарри отодвинулся. Дрожа и задыхаясь, Северус открыл глаза… и сердце ухнуло куда-то.

– Блэк.

***

– Сириус, я уверен, он в порядке! – взмолился Рем. – Гарри больше не ребенок. К тому же они, наверное, спят, – быстро добавил он, – По отдельности, разумеется.

– Слушай, ну я только на минутку, и сразу же уйду. Я знаю, ты думаешь, я с ума сошел, но я не могу спать спокойно, пока не буду точно знать, что с Гарри все в порядке, – Сириус взъерошил волосы Рема. Вздохнув, тот отошел от камина и проворчал, демонстрируя мрачное настроение:

– Дамбльдору точно нельзя было снова подключать Северуса к кружаной сети. Ты прав. Я думаю, что ты спятил. Скажи-ка мне, Сириус, а что, если ты отправишься туда, и вправду окажется, что они вдвоем в одной постели? Что ты сделаешь? Убьешь Снейпа? Знаешь, не хотелось бы мне, чтобы тебя снова бросили в Азкабан! Гарри знает, что делает. Если он хочет заполучить Северуса, ты ему помешать не сможешь.

Сириуса слегка передернуло, он спросил тихо:

– А он хочет его, да?

Рем опустил взгляд, вздохнул и угрюмо ответил:

– Он упоминал что-то насчет того, что впечатлен тем, как Северус выглядит.

– Та-ак, я на минутку – и сразу обратно! – Сириус набрал пригоршню кружаной муки и прыгнул в камин. Рем тряхнул головой и последовал за ним.

Выступив из камина, он увидел Сириуса в нескольких шагах от себя. Тот махнул рукой, призывая к молчанию. Рем подошел к любовнику и прислушался. По комнате явственно разносилось затрудненное, сбитое дыхание. Рем настойчиво потянул Сириуса за робу и кивнул в направлении камина. Сириус отмахнулся и продолжил прислушиваться. Внезапно обоих ошеломил громкий стон. Рем почувствовал дрожь возбуждения и подавил смешок.

Умница, Гарри.

Сириус медленно двинулся к кровати. Рем упорно тянул его назад. Все-таки они обогнули кровать, и от открывшегося зрелища у Люпина перехватило дыхание. Крестный сын его возлюбленного, на коленях, между ног его же коллеги. Член Северуса во рту Гарри. В мягком свете ночника был виден яркий румянец на щеках Снейпа. Они выглядели… просто чудесно. Рем слегка сжал плечо Сириуса и прошептал тому на ухо:

– Пошли домой, попробуем то же самое.

Вздох Сириуса был заглушен вскриком Снейпа. Рем шагнул назад, стараясь спрятаться за пологом кровати и утянуть Сириуса за собой, но было уже поздно.

– Блэк.

– Что значит – «Блэк»? – удивился Гарри. – Ой…

***

Гарри вскочил, пытаясь загородить Северуса собой.

– Сириус, ты что здесь делаешь?

– Более уместный вопрос, – прорычал Снейп, пытаясь оттолкнуть от себя Гарри, – как, черт побери, вы сюда попали?

Рем выступил из тени и улыбнулся смущенно.

– Альбус подсоединил твой камин к нашему. Только так мы убедили Сириуса уехать отсюда. И сейчас мы уходим, не так ли, Сириус? – он повернулся к любовнику. А тот остолбенело глядел на крестника, пока не выговорил наконец:

– Великие боги! Гарри, где ты такому научился?

Прежде чем подумать над ответом, Гарри мельком взглянул на Рема. Сириус успел-таки это заметить, и уставился на Люпина. А тот переводил глаза с одного на другого.

– Рем?

– Люпин?! – до Снейпа, наконец, дошло, что значат все эти неловкие взгляды.

– Я объясню! – Гарри лихорадочно соображал, как бы ему оказаться поближе к оборотню и не отойти слишком далеко от профессора Зельеделий.

Сириус внезапно рассмеялся. Гарри вдруг вспомнил, что, по рассказам, крестный смеялся всю дорогу, когда его везли в Азкабан, и взмолился, чтобы только это не был тот самый смех.

– Сириус? – встревоженно спросил Рем.

– Знал я, что у тебя в Хогвартсе весь прошлый год был любовник, но я думал, это… – смеясь, Сириус посмотрел на Снейпа.

– О… – Рем улыбнулся, и тоже посмотрел на Северуса.

– Ты спал со своим учеником? – недоверчиво спросил тот. Потом посмотрел на Гарри. Тот выглядел очень напуганным, но встретил взгляд Снейпа.

– Мы никогда… Он всего лишь…научил меня кое-чему, – Сириус все еще неотрывно смотрел на Люпина и, кажется, совсем не сердился, так что Гарри вздохнул с облегчением и положил голову на плечо Снейпа.

Сириус вдруг резко притянул к себе Рема и впился ему в губы.

– А ты, оказывается, о-очень плохой оборотень!

Рем прерывисто вздохнул – Сириус рыча атаковал его шею.

Ошеломленный, сбитый с толку, Северус почувствовал, что начинает возбуждаться, глядя на разворачивающееся перед ним представление. Это окончательно его смутило. Происходящее было слишком низменным и нереальным, чтобы хоть как-то укладываться в голове. Почувствовав чей-то пристальный взгляд, Снейп обернулся в постели. Гарри улыбался во весь рот.

– Мило, да?

Мило? Не это слово использовал бы Снейп, а гораздо более конкретное и выразительное прилагательное, но Гарри принялся выцеловывать узоры на его шее, и Северус выдохнул:

– Поттер, прекрати, – если бы не крайне волнующий укус, команда прозвучала бы гораздо внушительнее.

– Почему? – теплым дыханием в ухо Северуса. Тот схватил мальчика за волосы и оттолкнул его голову, тяжело дыша.

– Я не собираюсь участвовать в гриффиндорской оргии!

Гаррины пальцы отнюдь не нежно ущипнули сосок Северуса, и тот разжал пальцы.

– Расслабься, вспомни о своем желудке, – прозвучало с шутливой серьезностью, – К тому же, они слишком заняты, чтобы обращать внимание на нас.

И Гарри принялся исследовать тело Северуса.

Северус пытался сформулировать доводы в пользу того, что «Так нельзя!». Не получилось. Потому что прикосновения Гарри были слишком умелыми, а звуки, доносившиеся от изножья кровати, слишком громкими и страстными. Северус закрыл глаза, чтобы сосредоточиться… все происходящее – неправильно, так как… 1. Он не эксгибиционист; 2. Поттер – его ученик…бывший ученик; 3. Люпин – его коллега… хотя и безумно, по животному притягателен и ошеломительно сексуален… 4. О боже, что же вытворяет этот мальчишка?..

Теплые губы захватили его яички. Северус сдался, раскаленное добела удовольствие затопило его. Чей-то язык скользнул по губам, до него не сразу дошло, что это точно не гаррин. Глаза широко распахнулись.

Улыбаясь, рядом стол Люпин.

– Прости, милый, ты не мог бы…

Снейп подвинулся на кровати, Гарри вместе с ним. Когда матрас рядом прогнулся, совесть Северуса очнулась, и потребовала объяснить, с какой стати он все это делает. Он объяснил, что направляется прямиком в ад и что в конечном итоге это не будет значить ни-че-го! Совесть пожала плечами и капитулировала.

***

Знакомая ладонь погладила гаррину спину, и он поднял глаза. Рем смотрел на него с хитрой улыбкой на лице.

– Приве-ет!.. – проворковал Гарри, прильнув в поцелуе к губам, которые научили его всему, что он умел.

– О. Черт. Побери.

– Боже правый.

Они оторвались друг от друга, другие двое мужчин ошеломленно следили за ними, лежа на подушках. Рем рассмеялся, Гарри метнул неуверенный взгляд в сторону Сириуса. Лицо крестного выражало голодное желание, и Гарри улыбнулся. Рем притянул мальчика к себе и прошептал ему на ухо:

– Жду не дождусь посмотреть, как он хорошенько тебя оттрахает.

Гарри застонал, Рем прикусил мочку его уха и наклонился к своему любовнику. А Гарри потянулся целовать Северуса и прошептал мужчине в губы:

– Как ты?

– Это… – Неправильно. Аморально. Неэтично. Ненормально.

И Гарри закончил:

– Чудесно.

Юноша вжал свою эрекцию в живот Снейпа, и Северус опрокинул его на спину и лег сверху, осыпая поцелуями шею Гарри. Сириус лежал совсем рядом, и Гарри прошептал «Э-эй!». Остальное забилось глубоко в горло, когда Северус сжал его кожу зубами. Гарри перевел дыхание и моргнул, потом посмотрел на Сириуса:

– Все хорошо?

Сириус метнул быстрый взгляд на Снейпа. Тот ласкал гаррину грудь. Прикусил один сосок, юноша прерывисто простонал что-то.

– Ты этого хочешь? Если нет… я остановлю его… – Сириус тоже не мог дышать ровно. Гарри вытянул руку, погладил мужчину по щеке, потом прижался к его губам своими. Секундные сомнения – а потом голодные губы поддались и – взрыв наслаждения.

Северус поднял голову и сердце его сжалось от ужаса и волнения. 4. или уже 5? Блэк и Поттер чуть ли не настоящие отец и сын; 6. Все это выглядело раздражающе знакомым… Снейп еще раз удивился тому, насколько Гарри Поттер похож на своего отца.

Рем воспользовался тем, что Сириус отвлекся, и притянул Северуса в глубокий, страстный поцелуй. Потом зарылся носом в волосы над самым снейповым ухом.

– Слишком много думаешь, Северус. Перестань. Ты – первый, кому достанется честь поиметь эту аппетитную маленькую задницу. После стольких лет непослушания ты, наконец, сможешь наказать его должным образом.

Слова эти были словно мед, и каждое разбивалось о сознание Северуса на тысячи потрясающих образов. Неясная мысль появилась: «Как он умудряется говорить и при этом не отрывать рта от моего уха и шеи?». Мысль он прогнал и попытался поразмышлять. 7. Поттер – девственник…что-то вроде этого. Северус понял, что сейчас потеряет контроль над собой, и последовал совету Люпина. Перестал думать.

«А пошло оно все к черту!»

Северус точно обрушился на юношу и укусил его чуть повыше бедра, привлекая к себе внимание. Гарри вскрикнул и вскинул бедра вверх.

– Снейп, – хрипло проговорил Сириус. Северус поднял голову от гарриной промежности.

– Э-э-э…Смазка у тебя есть?

Северус вздохнул и неохотно поднялся и откинул занавеси кровати. Видя, как любовник уходит в ванную, Гарри застонал от разочарования. Рем встал на колени, влекомый порывом вдохновения, и перевернул Гарри на живот. Развел юноше ноги и склонился над ложбинкой между ягодицами. Когда горячий язык пробежался по сокровенному отверстию, Гарри не смог сдержать еще одного громкого выкрика.

Когда через несколько мгновений Северус снова отодвинул занавеси, Гарри терзал пальцами простыни и выгибался назад, стараясь потеснее прижаться к Люпину. Сириус наблюдал это зрелище такими же ошеломленными глазами. Северус протянул Блэку баночку с лубрикантом, тот взял ее, не отрывая глаз от тел, сплетающихся на простынях перед ними.

Гарри выдохнул:

– Боже…не… не надо… Не могу больше…

Рем выпрямился, увидел Снейпа и улыбнулся.

– Он весь твой, Сев.

Северус чуть было не сказал спасибо. Подумал: «Вовремя остановился». Рем встал на колени, положив руки и голову на подушку и высоко поднял бедра. Снейп хмыкнул, подивившись уместности позы, потом залез в постель, растянувшись рядом с Гарри. Явно все еще стараясь прийти в себя, мальчик моргнул, открыл глаза и расслабленно улыбнулся. Северус погладил гаррину руку и мягко поцеловал юношу.

– Гарри, я…

– Ты назвал меня Гарри! – Гарри расплылся в улыбке и впился в губы Северуса. Тот нетерпеливо зарычал, поднял голову и сказал шепотом:

– Не думаю, что мы должны пойти дальше.

– Ошибаешься, Северус, – Гарри обнял Снейпа за плечи руками и обхватил талию мужчины ногами, прижимаясь ближе. Чувствуя гаррину эрекцию, Северус задышал чаще, прокашлялся и сказал:

– Ты же никогда… То есть, я не хочу… обидеть. Тебя.

– Хочешь меня трахнуть? – промурлыкал Гарри в ухо Снейпа, и у взрослого перехватило дыхание. Мальчик многому научился у Люпина, внезапно осознал он. – Я – хочу. Чтобы это был ты. Я давно ждал хорошего… учителя. И вы, профессор Снейп, он и есть.

Гарри укусил Северуса в шею, и вся решимость мужчины исчезла в небытие. Гарри лег на спину и ласково потянул на себя Снейпа. Потом взглянул на Рема. Тот впился зубами в уголок подушки, рыча:

– Ну же, Сириус!

Гарри захихикал. Янтарные глаза светились отчаянием и желанием. Сириус овладел любовником и начал медленно двигать бедрами. Рем зажмурился. Влажные губы его приоткрылись, и Гарри едва подавил желание коснуться их – не хотел, чтобы с его пальцами обошлись так же, как и с подушкой. Он увлеченно следил за выражениями лиц своих соседей, и не сразу заметил, что теплое тело, лежавшее на нем, куда-то делось. Гарри поднял глаза и увидел, что Северус внимательно наблюдает за ним.

Скользкий палец неожиданно обвел девственное отверстие между бедер. Мальчик судорожно вдохнул и продолжил смотреть в черные глаза. Целую вечность палец дразняще кружил по чувствительной коже, потом скользнул внутрь. Гарри двинул бедрами, стараясь, чтобы палец попал глубже. Северус начал медленно двигать рукой, потом добавил второй палец, сохраняя тот же с ума сводящий медленный ритм.

– Трахни меня… Дьявол! Сильнее…

Команда Рема в точности соответствовала мыслям Гарри, и Северус, кажется, подчинился, ввел два пальца глубже и коснулся особенной точки внутри юноши.

– Чче-е-а-а-а!!! – Вообще-то Гарри хотел сказать: «Черт-что-это-такое-повтори-немедленно!». Северус, как бы то ни было, все понял, поскольку начал непрерывно поглаживать эту точку, наблюдая, как юноша извивается на простынях, с выражением явного довольства собой на лице.

Казалось, в голове у Гарри шумел и бурлил океан, поэтому он не услышал удовлетворенных вскриков Сириуса и Рема. Северус ввел третий палец, и Гарри со всхлипом взмолился:

– Господи, ну, пожалуйста… я… уже… готов…

Все вокруг юноши, казалось, качалось в том же ритме, в каком снейповы пальцы трахали его. Потом все остановилось, и пальцы тоже, и Гарри увидел, что Рем обессиленно лежит на подушках, а Сириус обнимает его. Гарри заерзал, пытаясь что-то такое сделать с этими пальцами, чтобы все продолжилось, но они вообще исчезли. Гарри захныкал протестующе, посмотрел на Снейпа. Тот подготовил себя к соитию. Гаррино сердце забилось совсем быстро, и от опасения, и от ожидания.

Северус склонился и поцеловал розовые губы любовника. Гарри с жадностью ему ответил, и Северус оторвался от него, чтобы глотнуть воздуха.

– Уверен?

Юноша хрипло зарычал в ответ, и Северус краешком сознания зацепил мысль «Этому, интересно, его тоже Люпин научил?», отбросил ее и, подняв ноги Гарри себе на талию, оперся руками на постель.

Гарри громко застонал, когда почувствовал, как что-то твердое коснулось ложбинки между ягодицами. Люпин внезапно накрыл губы юноши своими, и Гарри закричал мужчине в рот, чувствуя, как толстая и влажная головка снейпова члена проникает в него, лишая его того, что они с Ремом шутя называли «состоянием», и что гораздо более широко известно как девственность. Рем нежно гладил гаррины волосы и шептал:

– Ты такой замечательный! Расслабься. Позволь ему овладеть тобой.

Сам Северус, чертыхаясь сквозь зубы, тяжело дышал где-то над Гарри, со стонами, осторожно проникая в тесную горячую глубину гарриного тела. Глаза мужчины были закрыты, бедра едва двигались вперед и назад. Он ощущал, как Гарри принимает его в себя, инч за инчем, постепенно прекращая сопротивление. Он открыл глаза. Лицо юноши выглядело очень сосредоточенным, нижняя губа прикушена. Еще немного, и Северус вошел в него полностью.

Гарри вдруг понял, почему Рем отказался быть первым; почему настоял, что эта честь должна принадлежать кому-то, ни с кем другим не связанному. Боль утихла, тело смирилось с вторжением, и Гарри захлестнуло незнакомое раньше ощущение завершенности всего; как будто всю жизнь он шел к этой минуте, к этому единению. Он едва мог определить, где кончается он и начинается другой человек. Он выдохнул воздух через сжатые зубы. В это восхитительное мгновение Гарри полюбил Северуса Снейпа.

Вокруг было тихо-тихо, будто бы никто и не дышал. Северус слегка шевельнулся, и Гарри распахнул ресницы, и посмотрел в глаза любовника. Каждый нерв его тела был там, где плоть двоих слилась в одну. Почувствовав, что Северус выходит из него, юноша жалобно всхлипнул. Потом Северус медленно вернулся обратно, и Гарри вздохнул. Это повторилось снова и снова, и постепенно все неприятные ощущения растаяли. Гарри захлебывался и тонул в море наслаждения, шепот оборотня вернул его на поверхность.

– Ты чертовски великолепен, Гарри. Хочу видеть, как ты кончаешь. Ты же хочешь, чтобы он трахнул тебя сильнее, да? Скажи ему об этом, скажи, как ты этого хочешь.

– О, черт… да… да… – наверное, это было заклинание, которому забывают научить в Хогвартсе. Вскоре Северус входил в него со всей силой, на которую был способен.. Гарри понял, что держит глаза открытыми. Что хочет утонуть в темных, глубоких глазах любимого. И хочет, чтобы Северус растворился в нем. Чтобы никогда не оставлял его тело. И продолжал касаться того чувствительного местечка внутри.

Гарри почувствовал, как кто-то обхватил его член и закрыл глаза, не в силах больше сражаться с собственными ресницами. Он решил, что неважно, кто именно ласкает его в гармонии с движениями снейпова члена внутри него. Северус тоже выкрикивал что-то бессвязное. Наконец все тело Гарри напряглось, и он взорвался удовольствием, чувствуя, что Северус кончает одновременно с ним, что его заполняет горячая жидкость. Северус без сил упал на него, стиснув в объятиях, и волны дрожи сотрясали обоих…

***

На одно бесконечное мгновение другая Вселенная поглотила Гарри, его – и человека, которого Гарри любил. Они были единым целым.

Потом действительность вернулась. Кто-то тронул его плечо. Северус пошевелился и Гарри открыл глаза. Рем и Сириус, стоя у кровати, протягивали ему полотенце. Очень хотелось сказать этим двоим "Отвалите!", но Гарри решил, что не стоит, влажное полотенце не помешает. Северус скатился с него.

– Мы уходим. Оставляем вас вдвоем, – сказал Рем и нагнулся поцеловать Гарри в лоб.

– Если только ты не хочешь пойти с нами, – быстро добавил Сириус. Ясно было, что он сомневался насчет гарриного согласия, но попытаться стоило...

– Э-э-э... нет... Не думаю...гм, ему нельзя одному оставаться. Пока еще.

Возмущенное фырканье Снейпа Гарри решил считать приглашением остаться и радостно улыбнулся двоим мужчинам.

– Ты был великолепен. В следующий раз постарайся быть сверху, – лизнув мочку юноши, Рем выпрямился и потянул Сириуса за собой. Оба исчезли за пологом кровати, и после долгой паузы Гарри услышал Сириуса.

– О твоих отношениях с моим любовником мы еще поговорим, молодой человек.

В голосе крестного был лишь намек на упреки и укоризну, но этого хватило, чтобы сердце Гарри зашлось от испуга, и он застонал. Потом прошептал Северусу:

– Лучше я пока останусь с тобой, ладно?

Тело Снейпа заметно напряглось, и Гарри рассмеялся.

– О, только не нервничай… а то тебя снова вырвет!

Он повернулся на бок и прижался к Северусу, просунув свою ногу между коленей мужчины.

– К тому же… тебе действительно не стоит оставаться одному, сам знаешь. Кто будет гладить твои волосы, если тебе станет плохо?

Гарри с любовью поцеловал Северуса в щеку. Никакой реакции не последовало, и сердце юноши затопило разочарование.

– Северус? – спросил он, борясь с внезапно нахлынувшим чувством неловкости от того, что он называет этого человека по имени. – Ты в порядке?

– М-м-м…

Гарри нахмурился и забрался на Снейпа сверху, положив свою голову на руки. Черные глаза раскрылись и встретились с пристальным взглядом глаз зеленых.

– Что это ты делаешь?

– Собираюсь лежать так до тех пор, пока ты не начнешь со мной разговаривать. Что ты делаешь, хотелось бы мне знать!

– Думаю.

– Не думай!

Северус сухо засмеялся.

– Гриффиндорский девиз, да?

Гарри подтянулся на руках и влепил обидчику уверенный поцелуй.

– Иногда гораздо полезнее не думать слишком много, а просто следовать своему сердцу, – прошептал он, лишь чуть-чуть отстранившись от губ Северуса, – Иначе заработаешь себе проблемы с желудком. Сам знаешь, к чему это ведет.

– Хорошие намерения? Знаю. Это дорога в ад.

Гарри снова рассмеялся и снова поцеловал мужчину, лаская его губы языком. Потом сонно и счастливо вздохнул и устроился поудобнее у Северуса на груди.

Закрыв глаза и сделав глубокий вдох, Северус утихомирил поток сожаления и беспокойства, грозившего затопить разум. Он расслабился под теплым весом гарриного тела, и ленивая мысль скользнула в сознание:

Что же, если это и есть ад, то я не возражаю против вечности.

Hosted by uCoz